Голый Давид на Охотном ряду

Опубликовано: 2017-10-31 01:51:52

Микеланджело де Франче;ско де Нери; де Миниа;то де;ль Се;ра и Лодо;вико ди Леона;рдо ди Буонарро;ти Симо;ни, более известный как просто Микеланджело, родился 6 марта 1475 года в тосканском городе Капрезе в семье обедневшего флорентийского дворянина Лодовико Буонарроти. Мать Микеланджело Франческа ди Нери ди Миниато дель Сера рано вышла замуж и умерла от истощения частыми беременностями в год шестилетия сына. Лодовико Буонаротти не был богатым и дохода от его маленького владения в деревне едва хватало на то, чтобы содержать множество детей. В связи с этим он вынужден был отдать юного Микеланджело кормилице, жене «скарпелино» из той же деревни, называвшейся Сеттиньяно. Там, воспитанный супружеской парой Тополино, мальчик научился разминать глину и владеть резцом раньше, чем читать и писать. В 1488 г. отец Микеланджело смирился с наклонностями сына и поместил его учеником в мастерскую к художнику Доменико Гирландайо. Он занимался там в течение одного года. Год спустя, Микеланджело переходит в школу скульптора Бертольдо ди Джованни, существовавшую под патронажем Лоренцо де Медичи, фактического хозяина Флоренции. Медичи первым распознает талант Микеланджело и покровительствует ему. Приблизительно с 1490  до 1492 Микеланджело находится при дворе Медичи. Так начинался творческий путь великого итальянского художника.

16 августа 1501 года 26-летний Микеланджело получил заказ от старосты цеха торговцев шерстью Флоренции (цеху было поручено следить за украшением соборного храма Санта Мария дель Фьоре) на изготовление скульптуры библейского царя Давида. Этому предшествовала следующая история.

Еще в XIV веке великий итальянский живописец Джотто, бывший одним из строителей флорентийского собора Санта Мария дель Фьоре, изобразил его с мраморными статуями на крыше. За 100 лет до «Давида» Микеланджело решено было осуществить давнюю мечту о статуях. Молодой Донателло высек из мрамора двухметрового «Давида». Скульптура показалась мала, и попечители собора продали ее флорентийскому правительству за ненадобностью. Для того, чтобы поднять на высоту большие статуи Донателло и Брунеллески думали сделать их из легкого дерева, обитого для прочности металлом, и выкрасить под мрамор; предлагались и другие материалы. Сомнения и колебания продолжались на протяжении десятилетий. Наконец, флорентийцы понадеялись на мощь новой техники, и в середине XV века. была заготовлена огромная мраморная глыба для первой фигуры. Заказ на большого «Давида» получил Агостино ди Дуччо. За всю жизнь он не создал ни одной статуи, только рельефы, но часто помогал Донателло в подобных работах. Он должен был только обтесать глыбу, а за дело взялся бы Донателло. Но Донателло умер, и глыба осталась лежать во дворе храма Санта Мария дель Фьоре много лет, постепенно теряя товарный вид под воздействием дождя и ветра. Назрела необходимость срочно спасать народное добро. Тут и подвернулся молодой скульптор Микеланджело, которого посоветовал отцам города Леонардо да Винчи.

Еще полвека спустя после изваяния «Давида» писатель и художник Джорджо Вазари описал всю историю создания скульптуры иначе. У Вазари в его «Жизнеописаниях» сказано, что глыба считалась испорченной, и Микеланджело выпросил ее как ненужную, а потом удивил готовой статуей. Добавлен даже анекдот о том, как глава Флорентийской республики попросил скульптора укоротить нос «Давида». Микеланджело притворился, что укорачивает, а правитель тут же сказал: «Теперь хорошо». Но все это лишь легенды.

Как только Микеланджело закончил своего «Давида» оказалось, что поднять его на крышу не удастся, попечители собора передали статую городу. Специальная комиссия, в которую входили Боттичелли и Леонардо да Винчи, нашла ей удачное место на площади перед Палаццо Веккьо – дворцом флорентийского правительства. Соорудили особый механизм для транспортировки статуи, и 8 сентября 1504 г. «Давид» был воздвигнут перед входом во дворец. Там он и простоял под открытым небом почти 4 века. В 1873 г. его перенесли в здание флорентийской Академии художеств, а на площади установили копию. Поставленный в центре Флоренции «Давид» стал восприниматься как патриотический символ – образ защитника города. Дело в том, что к 1501 г., когда Микеланджело начал работать над статуей, граждане Флоренции одобрили новую республиканскую Конституцию, свергнув тиранию клана Медичи.

«Давид» стал самой большой скульптурой Микеланджело. Высота его более 5 м. С тех пор это пятиметровое изваяние стало восприниматься как символ не только искусства Возрождения, но и человеческого гения в целом. Статуя изображает обнажённого Давида, сосредоточенного на предстоящей схватке с Голиафом. Юноша готовится к бою с превосходящим его по силе врагом. Он спокоен и сосредоточен, но мышцы его напряжены. Брови грозно сдвинуты, в них читается нечто устрашающее. Через левое плечо он перекинул пращу, нижний кончик которой подхватывает его правая рука. Свободная поза героя — классический пример контрапоста — уже подготавливает смертоносное движение.

Едва ли в мире найдётся статуя, которая может сравниться с «Давидом» по количеству копий и слепков. Одна из копий стоит сейчас в итальянском дворике Пушкинского музея в Москве. Интересно, что гипсовая копия «Давида», установленная в лондонском музее Виктории и Альберта была одно время снабжена съемным фиговым листочком на случай визитов королевы.

В конце XX века в Израиле отмечалось 3000 лет Иерусалиму. Юбилей очага трех мировых религий стал событием далеко не местного значения. Муниципалитет Флоренции решил подарить Иерусалиму копию «Давида» Микеланджело в натуральную величину. Международный этикет предписывает, что «дареному коню в зубы не смотрят». Но не тут-то было! Израильские раввины посмотрели и … обалдели: «А Давид-то голый! И к тому же необрезанный!» В Израиле, как известно, религия не отделена от государства. В стране существуют много религиозных политических партий и голос религиозных деятелей имеет далеко не последнее значение. Раввинов тогда поддержали духовные авторитеты палестинских арабов, Власти Израиля вынуждены были подчиниться религиозной волне. Подарок не был принят.

Тем не менее, 7 октября 2008 года на горе Сион в Иерусалиме все-таки был открыт памятник царю Давиду. Но это был уже другой «Давид» современного российского скульптора Александра Демина. Отлитое из бронзы изваяние легендарного царя иудеев в одежде, в сидящем положении и с лирой в руках было получено израильскими властями в дар от российского благотворительного фонда Святителя Николая Чудотворца. Установку памятника царю Давиду в Иерусалиме благословил Патриарх Московский и всея Руси

Алексий II. На этот раз, чтобы избежать неприятных недоразумений, на всех этапах создания памятника царю Давиду лично присутствовал советник мэра города Иерусалима по вопросам искусства и дизайна Давид Сусанна.

Изваяние было установлено неподалеку от гробницы царя Давида, под стенами церкви Успения Богородицы и окнами комнаты в которой состоялась Тайная Вечеря. Место для установки памятника было выбрано крайне удачно, примерно, тоже самое, что и место установки памятника Георгию Жукову в Москве.

Памятник простоял три дня. 10 октября неизвестные вандалы надругались над ним. Вандалы отбили нос памятнику, испачкали его грязью и обрывками ваты, в бронзовую арфу кто-то воткнул банку из-под кока-колы. О постамент памятника били яйца, за ограду набросали мусор. Местные жители рассказывают, что акт вандализма был совершён ультраортодоксальными евреями. По словам известного иерусалимского гида Михаэля Короля, утром 11 октября, после совершения акта вандализма, около осквернённого памятника не было ни одного полицейского.

Можно только гадать, что стало бы с копией статуи необрезанного еврейского царя Давида Микеланджело, если бы мэрия Иерусалима приняла дар муниципалитета Флоренции.

Надо полагать, что в свете назревающей злобы дня и касательно символики, которую несет скульптура Давида работы Микеланджело, она подходит столице России больше, нежели Иерусалиму. Вот бы водрузить «Давида» Микеланджело на улицах Москвы!? Религиозной нетерпимости к искусству у граждан России, в отличие от граждан Израиля, вроде бы не наблюдается. Москва хоть и моложе Иерусалима, но тоже мировая столица. Как никак, а третий Рим. Москве не надо ждать дара муниципалитета Флоренции. У нее есть свой «Давид» - сто лет пылится в Пушкинском музее.

«Давид» Микеланджело легко вписался бы, например, в архитектурный ансамбль Охотного ряда, у фонтана около Большого театра, напротив памятника Карлу Марксу скульптора Льва Кербеля. У фонтана около Большого театра когда-то был разбит сквер, где тусовались московские гомосексуалисты. Микеланджело числится у них кумиром, наряду со многими другими гениями человечества. Однако, главное функциональное предназначение «Давида» лежало бы в другой плоскости. Давид, вооруженный пращей, стал бы вечно напоминать основоположнику научного коммунизма, чтобы тот никогда больше не выпускал призрак на волю. А то можно и по лбу получить.